Авторская колонка

Путин - 2:0

К сожалению, либеральные идеи  потерпели полный ...

Наталья Гулевская

Неприкасаем только автократ

Все тайное становится явным, и после участившихся ...

Наталья Гулевская

Горькое похмелье

Законопроект о реновации жилого фонда Москвы, ...

Наталья Гулевская

Почему Украина не спешит на Запад?

Подавляющее большинство украинцев не понимает, ...

Наталья Гулевская

Статьи

Либо – смена власти. Либо – ...

Я, честно, невысокого мнения об уровне своих ...

Россия - лживая страна

Мне было тринадцать лет, когда Сталин начал войну ...

Субкультура путинских подонков

О некоторых итогах операции "Тик-так" на "Эхе" и ...

Украина ежегодно недополучает сотни миллионов долларов международной помощи.

Но и то, что выделяется, подчас расходуется непрозрачно и неэффективно. Фокус выяснил, как устроена система помощи Украине

"Украине необходимо больше энергоэффективности. Но отсутствует важное законодательство, что затрудняет получение Украиной 100 млн евро от ЕС". Такое сообщение на своей страничке в Twitter на днях распространил Петер Вагнер, глава Группы Еврокомиссии по поддержке Украины. Деньги должны были пойти на запуск у нас европейской модели потребления и учёта энергоресурсов, чтобы украинцы платили только за потреблённые жилищно-коммунальные услуги, а не за начисленные с потолка. Однако принять соответствующие законы, открывающие дорогу к многомиллионным вливаниям из-за границы, Верховная Рада не может с осени 2016-го. Причём такой откровенный саботаж, из-за которого мы теряем иностранные деньги, происходит постоянно. По оценкам международных экспертов, счёт идёт на сотни миллионов долларов, хотя точную сумму никто не знает — прозрачной системы учёта международной помощи в Украине нет.

Держи карман шире

Крупнейший иностранный донор и кредитор Украины — Европейский союз. За три года после победы Революции достоинства на нужды нашей страны ЕС обязался выделить 12,8 млрд евро. Львиную их долю составляют кредиты, но почти 800 млн евро отдано безвозмездно в виде грантов.

По оценкам экспертов, с которыми пообщался Фокус, сумма грантов могла быть намного больше: только в прошлом году Украина из ЕС недополучила около 100 млн евро. Но и то, что получает, освоить не может. Дело в том, что донор даёт деньги под конкретную программу, и её поэтапное выполнение — ключ к полноценному финансированию. Это в теории. На практике же до 40% от выделенной суммы Украина теряет. По словам Елены Трегуб, директора Департамента координации международных программ Минэкономразвития и торговли, из действующих грантовых проектов от ЕС Украина получила более полумиллиарда евро, недополучила 240 млн евро, упустила 60 млн евро.

Впрочем, и эта цифра весьма условна. Многие получатели помощи ведут двойную игру, отказываясь не только раскрывать информацию о реализуемых на деньги спонсоров проектах, но и о суммах, потраченных на них. "Полных данных о том, сколько в Украину зашло помощи, в нашем департаменте нет, — говорит Трегуб. — Зато есть силы, работающие на то, чтобы предоставление этой помощи было максимально закрытым и непрозрачным". По словам чиновницы, в тени находятся около 40% проектов на сумму более 1 млрд евро.

"Американские компании, занимающиеся реализацией грантовых проектов в Украине, подчас зарабатывают на этом. В некоторых случаях они забирают до 30% от общей стоимости проекта в виде прибыли. В США это выгодный бизнес"

Недавно Евросоюз хотел поддержать несколько украинских проектов в сфере энергетики и транспорта. Под две принятые программы иностранцы даже выделили около 100 млн евро, но в последний момент оказалось, что обещанную транспортную стратегию украинская сторона не приняла, да ещё и с утверждением нескольких постановлений Кабмина опоздала. В итоге Украина не получила ни копейки.

Подчас с донорскими деньгами происходят и куда более странные метаморфозы. Причём не по вине украинцев. Нередко Украине выставляют  невыполнимые условия, требуя наперёд то, чего быть в принципе не может. Так произошло с программой государственного строительства. В мае 2014 года под условия реформ ЕС согласился дать Украине 355 млн евро. Из них 250 млн евро выделил без обязательств, а за остальные 105 млн евро потребовал, чтобы уже в сентябре 2015 года Национальное антикоррупционное бюро довело первые дела до суда. Но это условие было совершенно невыполнимо, поскольку осенью 2015-го детективы только приступили к работе. То, что требование по НАБУ было действительно жёсткое, теперь признают и в Евросоюзе. "Мы были слишком амбициозны при разработке программы, — говорит Фокусу Беренд де Гротт, руководитель программы сотрудничества при посольстве ЕС в Украине. — Мы просто хотели скорейшего ввода НАБУ в строй. Но план был выполнен примерно наполовину, поэтому и выделили только ту часть средств, которую смогли, хотя хотелось бы больше".

Есть проблемы и с правовой базой для получения помощи. Действующий документ, регламентирующий эту сферу, принят 15 лет назад и за эти годы морально устарел. В нём нет чётких сроков  и методики рассмотрения проектных заявок, и бумаги в энном министерстве могут лежать бесконечно долго. К тому же для регистрации  всех  грантовых проектов международной помощи в Украине нужно найти государственного партнёра. Причём этого требуют и сами доноры, страхуясь на случай провала проекта, чтобы тогда деньги возвращало государство. И это серьёзная проблема для всех. "Есть сектора, где государство не представлено: свобода слова, развитие гражданского общества, – объясняет Елена Трегуб. – Им тоже надо искать госпартнёра! Но простите, какой орган в государстве отвечает за гражданское общество? Мы считаем, что проекты негосударственного сектора должны работать без этой нормы".

Разрешить эту ситуацию должно новое законодательство о международной помощи, которое находится в разработке. Если его примут, исполнителей обяжут регистрировать все проекты, и в стране таки наведут порядок с донорскими деньгами. Кроме прочего, это поможет избежать ситуаций, когда в случае отказа в одном министерстве исполнитель идёт в другое ведомство, где проект одобряют, но уже за определённые бонусы — например, в бюджет закладываются ненужные расходы на всевозможные командировки. В особых случаях возможны и банальные откаты.

Без мотивации

Общая проблема, с которой сталкиваются все проекты международной помощи в Украине, — нехватка специалистов, умеющих не только искать деньги, но и работать с донорами. "Чтобы донор зашёл и нанял исполнителя, надо не только показать способность выполнить проект, но и подготовить качественную проектную заявку на английском языке. А откуда таким людям взяться в сельской раде, например? Они присылают что попало!" — рассказывает один из сотрудников Министерства по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещённых лиц.

Распиаренная осенью 2014 года попытка повысить зарплаты украинским чиновникам за европейские деньги тоже кончилась провалом. В специальный фонд, откуда в течение нескольких лет зарплаты платились бы министрам, их заместителям и главам ключевых департаментов, ЕС готов был вложить 90 млн евро. Для того чтобы получить эти деньги, Кабмину нужно было лишь написать стратегию реформирования госслужбы и утвердить план распределения средств. Документ готовили долго, но в итоге он оказался настолько некачественным, что европейцы, дабы уложиться в отчётный период, в срочном порядке перекинули деньги на программу децентрализации.

В самом представительстве ЕС в Украине историю с зарплатами чиновников считают хорошим уроком и признают, что нужно быть активнее. Тогда, мол, экспатов и реформаторов можно удержать. "На тот момент было большое количество специалистов с реформаторским образом мышления, — сожалеет Беренд де Гротт. — После года большая часть из них ушла. Можно сказать, они были волонтёрами на госслужбе. Надо было сконцентрировать больше усилий, чтобы их удержать". Именно поэтому на реформу госслужбы ЕС всё же выделил около 100 млн евро, надеясь, что вторая попытка масштабного финансирования в этой сфере окажется удачной.

Мотивация людей, занимающихся привлечением десятков миллионов долларов в Украину, — краеугольный камень их эффективной работы. В Румынии, например, поиск иностранной помощи считается стратегическим направлением, так как соглашения с донором подписываются на годы вперёд. При этом специалисты, приводящие зарубежные деньги в страну, получают доплаты от ЕС. В Украине всё держится на голом энтузиазме. "Мои сотрудники демотивированы! — возмущается Трегуб. — Один заключил соглашений на 40 млн евро, другой — на 50. Эти деньги зашли в страну, но им за это даже благодарность не написали, только зарплату выдали — 4 тыс. грн".

"Лёгкие" деньги

В начале марта этого года СМИ растиражировали новость о том, что Палата представителей Конгресса США проголосовала за выделение $150 млн на военные нужды Украины. Но на самом деле из этой суммы лишь часть попадёт в Украину. Причём не "живыми" деньгами, а в виде оборудования, консультаций и т. д. Причина в том, что распорядителем средств, выделяемых США для заграницы, являются госструктуры в самих Штатах. В данном конкретном случае — Пентагон.

40% грантовых проектов находятся в тени

Важно и то, что Конгресс выделяет всегда больше денег, чем под них можно найти проектов, а исполнители, желающие освоить средства, нередко предлагают Украине программы, в которых та совершенно не нуждается. Происходит это потому, что американские компании, занимающиеся реализацией проектов в Украине, подчас зарабатывают на этом. В некоторых случаях они забирают до 30% от общей стоимости проекта в виде прибыли. Так что в США это ещё и выгодный бизнес, на котором вырос целый сектор экономики, где организации, зарабатывающие на оказании внешней помощи, называют Beltway bandits.

Как и американцы, Европейский союз зачастую выделяет деньги не напрямую Украине, а через исполнительных партнёров из зарубежных организаций. Хотя и стремится вырастить украинских специалистов, способных работать с большими деньгами. "Мы выделили десятки миллионов евро на проект по созданию центров административных услуг вместе со шведской организацией SKL, — рассказывает де Гротт. — Мы не могли дать их напрямую [украинским подрядчикам], это слишком большая сумма. Но мы будем брать людей из успешных небольших проектов и переводить на более масштабные, чтобы со временем отказаться от иностранных подрядчиков".

Впрочем, иностранцы не в состоянии на 100% проконтролировать выделенные деньги. Не так давно на границе с Венгрией один украинский умелец выиграл проект по обустройству общественного виноградника на сумму 1 млн евро по программе приграничных грантов. Кроме высадки самого виноградника мужчина обязался обучить население делать вино, оборудовать для этого классы и мастерские. Поступил первый транш в размере 500 тыс. евро, проект запустился. Каково же было удивление европейцев, когда через некоторое время оказалось, что общественный виноградник, а вместе с ним и всё приобретённое за деньги гранта оборудование мужчина оформил в частную собственность. На резонный вопрос, почему этот риск не учли, доноры отвечают, что были слишком доверчивы, понадеявшись, что лучшей гарантией исполнения проекта станет прекращение его финансирования в случае каких-то махинаций. В таком случае мужчине попросту не выделили вторые полмиллиона евро.

Тем не менее отказывать Украине в помощи европейцы не собираются. "Часто звучат голоса, что здесь нет прогресса, давайте остановим выплаты и будем ждать движений, — рассказывает Фокусу Давид Стулик, пресс-атташе посольства ЕС в Украине. — Но это не сработает, мы не можем уйти, хлопнув дверью. В 2014 году Украина сделала выбор, и мы видим прогресс, поэтому помогаем". То, что иностранные деньги в нашей стране с недавних пор тратятся гораздо эффективнее, отмечают и аудиторы — в декабрьском отчёте Европейской счётной палаты сказано, что после 2014 года сотрудничество в этой сфере между Украиной и ЕС улучшилось в разы. И всё же из-за нерасторопности чиновников наша страна ежегодно теряет сотни миллионов долларов донорской помощи, а вместе с ними — возможность эффективнее продвигать реформы. Если в ближайшее время Украина не изменит своё отношение к "лёгким" деньгам, то это окно возможностей может закрыться.

Ян Авсеюшкин 

Топ видео

Blinibioscoop