Авторская колонка

Юридическая глыба

Пестрят заголовками триумфа все социальные сети и ...

Наталья Гулевская

Список Путина

Кремлю удалось не только минимизировать поток ...

Наталья Гулевская

Донбасский гамбит

Выборы в «ДНР» и "ЛНР”, а также реакция ...

Наталья Гулевская

Чей Крым?

Заканчиваются полномочия постмайданного ...

Наталья Гулевская

Статьи

Вещество для психопрограммирования ...

Ладан – наркотик, применяемый в церковных службах ...

Виталий Манский: Когда я оказался ...

Виталий Манский хочет снять фильм «как Путин ...

Закономерность ...

Последовательность смены общественных формаций, ...

Рецензия на документальный роман Полины Жеребцовой «45-я параллель», 506с. , издательство «Фолио».

Роман-лабиринт вне зоны комфорта. 

Впервые я прочитал детские дневники Полины Жеребцовой несколько лет назад. Это было похоже на глоток свежего воздуха в трюме, наглухо закрытом от страшной правды чеченской войны. С девятилетнего возраста Полина вела тетради, которые впоследствии перевели на разные языки. 

Когда малую толику ее детских записей впервые опубликовало в 2011 году издательство «Детектив-пресс», сразу нашлись мистификаторы и пропагандисты, пудрящие мозги на просторах интернета, что это — «художественный вымысел», а сама Полина Жеребцова, родившаяся в Грозном и чудом выжившая под бомбами – «художественный персонаж». Безликие хитрецы испарились, едва прозвучало разоблачение: «Я видела записи в натуральном виде, и могу подтвердить, что перед вами настоящий дневник девочки, а не какая-то мистификация», — сказала Светлана Ганнушкина, председатель комитета «Гражданское содействие», и руководитель сети «Миграция и право» Правозащитного центра «Мемориал»  на презентации дневников Полины Жеребцовой в московском центре им. Андрея Сахарова. 

После этого волна «лапши» стихла, но автор подверглась прямым угрозам. Полина Жеребцова была вынуждена эмигрировать в Финляндию.  

В 2017 году на Украине в издательстве «Фолио» вышла документальная книга Полины Жеребцовой «45-я параллель», которая плавно продолжает историю ее жизни после Чечни. «45-я параллель» пятая автобиографическая книга автора о жизни на Кавказе. На «Радио Свобода» прошла информация, что многие издатели в России не решились публиковать роман-документ, основанный на личных дневниках автора. Мне пришлось заказывать книгу из Киева. Сразу скажу, читать ее нужно всем, но прежде всего россиянам!  

Девятнадцатилетняя Полина, воспитанная в традициях Чечни, вместе с матерью покидает Грозный в конце 2004 года. Так начинается повествование: «Мама открыла глаза, зевнула и опять задремала. В моем детстве она рассказывала предания о том, что наш род очень древний и в прежние времена прадеды служили царю. Но я отчетливо помню только военную жизнь, которая началась в Грозном, едва мне исполнилось девять». 

Мать и дочь оказываются в Ставрополе: «Не имея доходов, брошенные государством, в отсутствие пенсий и пособий, мы после пережитого ада на чеченских войнах были предоставлены сами себе», – пишет Полина. 

В книге есть ее аутентичный дневник, который представляет собой островки внутри текста:

«Привет, Дневник! 

Похоже, мы упали на самое дно, поселившись в нищенском квартале. Это место, где обитают отбросы общества.

Другое жилье нам снять не по карману. В двух крошечных комнатках, бывших некогда частью конюшни, стоят старые железные кровати (начало ХХ века) и такой же по возрасту шкаф. Маленькие окна-клетки, сквозь которые едва видно небо, не открываются. Отопление в жилье газо-печное, т.е. это газовая трубка в стене. Никаких батарей. Пол представляет собой тонкий слой бетона, разлитого на землю. Нет фундамента. Подвесной ретро-абажур из оранжевой ткани давно распробовала моль.

Снять квартиру с ванной и нормальным отоплением намного дороже.

Здесь нет горячей воды. Миниатюрный нагреватель сплошная бутафория.

Как мы выберемся из этой переделки?

П.»  

Что мы знаем о русских беженцах, сумевших выбраться из республики? Лидия Графова, журналист и общественный деятель, в одной из передач о Чечне, сказала: «Я знаю много случаев, когда русские люди бежали от войны. Они приезжали из Чечни в русскую деревню, строили дом, а соседи в этой же деревне их дом сжигали…». И помолчав, Лидия Графова добавила: «Этот грех не простится! Брошенные люди, к примеру, ветераны Великой Отечественной войны умирали в чужих подъездах. Люди в своей любимой России оказались как бездомные собаки... Это непростительный грех!».  

В 2014 году в Санкт-Петербурге прошла встреча русских беженцев. Выступающие рассказали, что уходили из Грозного пешком, до сих пор многие из них не имеют постоянной регистрации, нет своего жилья, они не получили положенной компенсации за утраченное жилье и имущество.

«Узнав, что мы из Чечни, нас отовсюду отфутболивали, не брали на работу, выгоняли. Смотрят, что мы из Грозного, говорят: «Вы – чечены». Мы не могли даже уборщиками устроиться. Это издевательство, это унизительно…» – рассказала о тех днях русская беженка Алла Арбузова. 

Непросто читать в самом начале документального романа Полины Жеребцовой «45-я параллель» фразу «После долгой войны мы и русские не друзья». Но задумаемся над ней. А кому мы – друзья? Чехи и словаки нам рады, которым мы устроили операцию «Дунай» в 1968 году? Афганцы? Грузины? Абхазцы? Чеченцы? 

«В России нельзя жить в мечтах, нельзя жить вне реальности. Реальность, страшная и косматая, рано или поздно приходит за тобой. С ордером на арест, с трехлинейкой, с маузером». – давнее предупреждение Валерии Новодворской не перестает быть актуальным.

В Ставрополе у Полины Жеребцовой и ее мамы нет своего жилья, нет прописки. Пенсии и пособия без регистрации людям не выплачиваются. Чтобы дать паспорт, в паспортном столе с них требуют взятку и вынуждают беженцев на последние гроши покупать прописку. 

Мало кого удивит этот факт. Ничего нового, скажете вы? 

В 2016 году преподаватель МГУ замерз насмерть в центре Москвы. Ранее бездомный преподавал философию… 

Мы ко всему привыкли!

Но позвольте, перебью я. Это книга о том, как принимают людей, которые пережили войну в своей стране, были ранены, потеряли родных, остались на пепелище… 

Только любовь к жизни помогает Полине Жеребцовой выжить на улицах Ставрополя. 

Арендуя дом в бедном районе города, Полина Жеребцова и ее мама, находятся на грани выживания. Но даже в таких условиях Полина отстаивает моральные принципы, она не идет на компромиссы со своей совестью и не предается отчаянию. Наоборот, пытается в каждом разглядеть – человека. Не бросает учебу в университете, несмотря на то, что им нечего есть. Чего стоит сцена, когда ставропольские студенты позвали ее поговорить. Она идет, подозревая, что за углом ее ждет драка, но вместо этого …. «Студенты с факультета узнали, что ты из Грозного, и сложились. Кто-то дал пятьдесят рублей, кто-то сотку. По карманам собрали. Купишь себе еды. Вы же беженцы» – говорит ей однокурсница, вручая конверт. 

Обычные русские люди выполняют функцию государства – помогая «чеченским беженцам», которых не признает родное государство! 

Только совсем одуревший националист может обвинить автора в «русофобстве» и нелюбви к России. Более глубокого искания настоящей русской души в современной документальной литературе, я еще не встречал. Конечно, хватает в романе и озлобленных личностей, таких как консьержка, которая подобна мелкой визгливой собачонке, она кричит вслед Полине и ее маме: «Черные из Чечни! Ненавижу!». Или хозяйка дома в Ставрополе, бывшая надзирательница тюрьмы, которая издевается над людьми, видя их безвыходное положение. 

Читая роман «45-я параллель», основанный  на дневниках автора 2005-2006 годов, я не обнаружил злости или обиды. Их там нет. Юмор и мастерство ведут руку автора-документалиста, делая рассказ живым и откровенным.  

Неоднократно Полину и ее маму выгоняли из съемного жилья. Иногда их выталкивали за порог, не давая даже распаковать вещи. Унижая и оскорбляя. Один переезд равен двум пожарам, гласит поговорка. Переезды выматывают, как выматывает ощущения бездомности и предательства…

Кто помог им? Геи, гонимые обществом: русский и дагестанец. Большую часть книги Полина и ее мама, наивно принимают их за двоюродных братьев. Еще матери и дочери из Чечни помог русский наемник, по контракту воевавший на их земле и быстро разочаровавшийся в войне. Именно в его доме беженцев принимают как родных, дают кров над головой за весьма скромные деньги, именно его жена и ребенок дружат с семьей Полины. Вы скажете – парадоксы? Но роман-документ «45-я параллель» похож на лабиринт, в котором изначально не предполагался выход. Читатель оказывается в центре запутанных линий. Каждому самостоятельно предстоит разматывать этот клубок. 

Полина Жеребцова с первых страниц объемного романа погружает читателя в сложные жизненные ситуации, выводя его из зоны комфорта и более не возвращая туда.

Заглядывая в калейдоскоп историй, невольно ловишь себя на мысли: придумать такое невозможно, нереально. Перед нами истории прожитых дней. Текст написан мастерски, возможно потому, что их писал человек, который долгое время вел личные дневники.

Возвращаясь к истокам, к семье Полины Жеребцовой, мы видим удивительное сплетение национальностей и религий. Ее слова о том, что она «человек мира, который изучает буддизм, христианство, ислам» звучат не пафосно, а трогательно и честно. «Доброта — это все, что нам нужно. Ее так трудно найти и так легко потерять. Храните доброту как зеницу ока. Те, кто творил добро, первыми увидят Христа.» – пишет Полина. 

Она вспоминает, как во время войны ее били озлобившиеся подростки в чеченской школе за русское имя, а теперь вокруг себя она видит озверевших от пропаганды представителей русской национальности. «45-я параллель» –  книга против фашизма. 

На просторах Ставрополья Полине встречается чеченец, который не берет с пассажиров денег, говоря, что все, что он делает – ради Аллаха. И русская женщина, которая покупает колбасу для голодных кошек Полины. «Это — презент усатым беженцам от жителей Ставрополя», поясняет незнакомка.

В романе–лабиринте помимо прочих неудобных для современного российского общества тем, поднимается и тема тотальной коррупции: «Буденновск — это город, в котором Шамиль Басаев однажды захватил роддом. Намерения, как рассказывали сами боевики, были у них благие: они требовали вывести с чеченской земли российские войска и признать независимость Ичкерии. Их требования никто не выполнил, а про Буденновск газеты написали, что случился теракт. Погибли женщины и новорожденные дети. И выяснилось — купить можно абсолютно все: Шамиль Басаев с вооруженным отрядом на каждом блокпосте раздавал иностранную валюту, чтобы их пропустили! Сколько их, этих блокпостов, было во время войны на Ставрополье, сам черт собьется со счета. Только у Буденновска оказали чеченским боевикам сопротивление. Воюющие за Ичкерию захватили роддом, а до этого хвалились, что дойдут до Москвы». – пишет Полина.

Получается, окажи сопротивления чеченским боевикам сразу, они не зашли бы так далеко. Когда совесть в нашей стране будет стоить больше, чем деньги? 

Поскольку «45-я параллель» книга-лабиринт, то в каждой из частей документального романа происходит переосмысление и разрыв шаблонов. Приехав в Ставрополь покорной, воспитанной в законах шариата, Полина Жеребцова к середине «45-й параллели» восстает против несправедливого угнетения всех «непохожих» на большинство: «будь то длинный нос, темная кожа, чеченская прописка в паспорте или отношение к ЛГБТ». 

Она начинает защищать представителей ЛГБТ, вступая в спор даже с собственной матерью, которая говорит: «По шариату их ждала бы смертная казнь! В Древней Руси тоже бы не помиловали!».

В одну из декабрьских ночей Полину Жеребцову согревает сон о том, что однажды ее детские дневники будут изданы и о них узнают в мире. Со свойственным ей ироничным юмором Полина пересказывает сон друзьям: «Мои чеченские дневники опубликуют. Весь мир узнает о них! А потом мне дадут Нобелевскую премию! И я совершу доброе дело! Я вам помогу!». Друзья оглушительно хохочут. Никто не может в это поверить. Но Полина не обижается на них, она продолжает вслух размышлять о том, что хочет купить и подарить таким же, как она – бесправным и бездомным, настоящий дом. Сраженные ее добротой, «братья» рассказывают историю своей любви. 

Документальный роман, выстроенный в форме лабиринта, заканчивается на самом интересном – переезде Полины Жеребцовой в Москву. Из «45-й параллели» выхода нет, но есть возможность перейти на следующий уровень. С нетерпением жду новую книгу талантливого автора о жизни в российской столице. 

Владимир Степанов,

историк.

Топ видео

Blinibioscoop